ГЛАЗА ЕГО СТАЛИ БОЛЬШИМИ-БОЛЬШИМИ

Однажды утром в Двараке Рукмини пришла к другим женам Кришны и стала плакать: «Кришна меня не любит». Они посмотрели на нее и сказали: «Нас тоже не любит». И они стали рассказывать то, что никогда раньше не рассказывали друг другу. Рукмини сказала: «Сегодня ночью Он проснулся, сел на кровати и стал плакать. Я стала Его теребить и спрашивать: «Прабху, Прабху, что с Тобой?» Он даже не посмотрел на меня. Иногда по ночам Он начинает звать коров: «Пингали! Дхавали! Шьямали!» Иногда Он зовет каких-то Своих друзей-пастухов и кричит: «Шридхама! Судама! Эй, пошли скорей! Уже коровы мычат во дворе, нам нужно выходить их пасти». А иногда Он дотрагивается до меня и говорит: «Лалита, Лалита! Радха! Радха! Вишакха!» — и начинает тянуть меня. Потом видит, что это я. Иногда Он просыпается, и вся Его подушка мокрая от слез. Он все время думает о них.

Сатьябхама, когда услышала это, сказала: «Что ты говоришь, Рукмини? С тобой это по ночам происходит, со мной это днем происходит. Я подхожу к Нему, смотрю на Него и вижу, что Он на меня не смотрит, мысли Его где-то далеко-далеко, что Он не тут. Я Ему и так и сяк: «Прабху! Прабху! Прабху!», а Его нету тут. А иногда у Него горячее дыхание вырывается из горла, и я знаю, что в этот момент Он думает о Вриндаване.

И они стали говорить: «Что такое, почему Он нас не любит? В конце концов, мы самые красивые женщины во вселенной, мы самые воспитанные, мы самые знающие, мы можем служить Ему, как не может служить никто. Почему? Как так?» Сатьябхама говорила: «Что такое? Что за безобразие? Не может этого быть!» Рукмини ответила: «Наверно, Он больше любит тех, кто остался во Вриндаване?» Сатьябхама возразила: «Не может этого быть. Они деревенские женщины. Как Он может променять нас, аристократок, на каких-то деревенских женщин, неотесанных?!» Тогда они решили позвать Рохини-мату, чтобы она рассказала им, что там было во Вриндаване.

И Рохини-мата пришла. Все встали, поклонились ей, усадили и сели вокруг нее. Рохини-мата, услышав их просьбу, сказала: «Я расскажу вам о Вриндаване. Только есть одно условие – Кришна не должен слышать, как я об этом рассказываю. Стоит мне начать рассказывать об этом, Кришна прибежит, где бы Он ни был, потому что Он не может удержаться, чтоб ни послушать о том, как рассказывают о Вриндаване.
Но мне придется рассказывать о том, как Он по ночам танцевал с пастушками. А как мать может такое рассказывать про своего Сына в Его присутствии? Меня Кришна неправильно поймет. Поэтому кто-то должен сторожить, чтоб Кришна не услышал».
Они послали сторожить Субхадру, потому что она была самая смелая кшатрийка.

Тем временем все расселись, и Рохини-мата стала рассказывать: «Вы не знаете, здесь, в Двараке, что такое Вриндаван. Во Вриндаване течет Ямуна. Прикосновение Ямуны нежнее, чем прикосновение перьев самой нежной птицы. Когда человек опускается в воды Ямуны, ему кажется, как будто он купается в нектаре. И во Вриндаване есть Говардхан. Говардхан не просто гора. Если вы думаете, что это просто гора, вы ничего не понимаете. Потому, что Говардхан – живой. Иногда он становится большим, до небес — это он преисполняется экстаза. Иногда он съеживается и становится маленьким. По нему текут реки нектара, на нём растут плодовые деревья.
И во Вриндаване все-все любят Кришну. Павлины танцуют только для Кришны, коровы мычат только для Кришны, олени подходят для того, чтобы одним глазом посмотреть на Кришну. Олени забывают о себе. Оленихи убегают от своих мужей для того, чтобы увидеть Кришну, а мужья им говорят: «Бегите, бегите, мы побежим за вами». Во Вриндаване все любят Кришну. Иногда туда приходят страшные демоны, один за другим. Ни один из обитателей Вриндавана не обращает на них ни малейшего внимания. Они все думают только о Кришне, о том, чтоб Ему было хорошо.

И Рохини рассказывала и рассказывала про Кришну, начиная с самого Его детства. Она говорила, что однажды Яшода согласилась с решением Нанды Махараджа, что Кришна должен пасти телят. Нанда Махарадж настаивал: «Мой сын – пастух. Он должен учиться пасти телят». Яшода умоляла его: «Не делай этого. У Него стопы нежные, как листики тамала. Что Он будет делать в этом жутком лесу, где колючки будут колоть эти стопы?!» Нанда Махарадж сказал: «Какие проблемы? Дадим Ему сандалии». И Яшода принесла Ему деревянные сандалии, принесла Ему зонтик от солнца. Но Кришна сказал: «Деревянные сандалии? Очень хорошо. Зонтик? Очень хорошо. Но мне нужно по две пары деревянных сандалий для каждого из Моих телят и по зонтику для каждого из них. И еще по одному мальчику, который будет этот зонтик над ними носить. Потому, что, если Мои телята ходят босиком, то Я тоже должен ходить босиком. И если у Мои телят нет зонтика, то Я тоже не буду иметь зонтика».

Рохини рассказала, как однажды Яшода-мата стала ругать Кришну:
— Кришна, на Тебя жалуются, что Ты воруешь масло. Неужели я Тебя плохо кормлю? Неужели Тебе мало масла дома?
Кришна обиделся страшно. Кришна встал в позу и сказал:
— Мата, что ты говоришь? Я с утра ухожу пасти телят, Я целый день работаю, пасу. Потом прихожу поздно вечером, ем немножечко то, что ты мне даешь, а потом ложусь спать. Я просыпаюсь рано утром и опять ухожу пасти телят. У Меня нет времени, чтоб заниматься всякой ерундой. Мата, Я не делаю этого. Мата, как ты могла такое сказать?! Мне давно люди говорили, что Я не твой сын. Теперь Я понял, наверное, Я не твой сын.
Яшода воскликнула:
— Ах, Гопал, Гопал! Ты мой сын! Как Ты мог такое сказать! Ты никогда не воровал масло, никогда! Это просто завистливые соседи нажаловались на Тебя! Я знаю, Ты никогда не воровал масло!
Она прижала Его к груди и стала гладить Его. А Гопал обрадовался и сказал:
— Мата, Я воровал масло, воровал.
— Гопал, Ты никогда не воровал масло, никогда, никогда, никогда. Я никогда больше не поверю, когда мне будут жаловаться на Тебя!

Рохини продолжала рассказывать. Прошло много времени. Кришна тем временем был в зале собраний. Когда Он услышал, как рассказывают о Нем, то вдруг почувствовал необычайную скуку от собрания. Там были Уддхава, Шурасена и другие военачальники. Они обсуждали планы какой-то военной кампании. Кришна сказал: «Можно Мне отлучиться ненадолго? Баларама спросил: «Можно Я с Тобой?» И они помчались на женскую половину дома. Они помчались туда тайком ото всех, на этот звук, на звук рассказов. У двери — Субхадра: «Не пущу. Рохини-мата велела не пускать ни за что». Все остальные слушают, никто ничего не видит. Тогда Кришна с Баларамой стали подслушивать. Они прибежали как раз тогда, когда Рохини закончила Говардхана-лилу и начала рассказ о танце раса.

Она стала рассказывать о том, как гопи сели на берегу реки и стали петь песню:
тава катхамртам тапта-джйванам
кавибхир йдитам калмашапахам
шравана-мангалам шрймад ататам
бхуви грнанти йе бхури-да джанах

Когда Рохини рассказала об этой песне, песне гопи в разлуке с Кришной, Кришна не выдержал. Он втянул все Свои члены в Себя, глаза Его стали большими-большими.. Из глаз градом текли слезы. И Баларама стал такой же, и Субхадра стала такой же.

И в этот момент откуда ни возьмись появился Нарада Муни. А тем временем Рохини перешла на другую тему. И Кришна постепенно-постепенно пришел в себя. Кришна смотрит – перед Ним Нарада Муни. И Нарада закричал:
— Кришна! Я видел это, я видел это, я видел это!
Кришна удивился:
— Что ты видел, Нарада? Что ты видел?
Нарада ответил:
— Такое видел, такое видел!
Кришна попросил:
— Нарада, никому не говори. Пожалуйста, только никому не говори. Нарада сказал:
— Никому не скажу, но Ты должен мое желание исполнить.
Кришна согласился:
— Любое твое желание исполню. Какое?
Нарада сказал:
— Я никому не скажу. Ты Сам всем должен это показать. Мое единственное желание, чтобы все люди видели то, что видел я – как Ты стоишь и слушаешь Кришна-катху. Как Ты стоишь, вобрав в Себя Свои члены, с глазами огромными, как тарелки. И как Ты впитываешь эту Кришна-катху и слушаешь о том, как любят Тебя и как любишь Ты.
И Кришна, услышав это, сказал:
— Татастху. Будь по-твоему. В Джаганнатха-Пури, в Нилачале, все с раннего утра до позднего вечера смогут видеть Меня в этом облике.

Этот облик называется маха-бхава-пракаш. «Пракаш» значит «явление», а «маха-бхава» – «экстаз» или «ощущение любви». Поэтому, когда Господь Чайтанья пришел сюда, проявлял ту же самую маха-бхаву. Иногда Он втягивал в Себя члены Свои, горячее, раскаленное дыхание вырывалось из Его горла. И коровы, столпившись, обнюхивали Его и облизывали Его своими шершавыми языками, чтобы, почувствовать то, что испытывает Он в этот момент, эту маха-бхаву.

Е.С.Шрила Бхакти Вигьяна Госвами

НАШИ ПРОЕКТЫ

Вегетарианское кафе Говинда

Маха-мантра йога

Вегетарианский детский садик «РАДА»

УчиШастры

НАШИ ПАРТНЕРЫ

Клуб Психология 3000

Клуб Благость

Пища жизни

СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ

Адрес: Омск, ул. 10-я Северная, 42

Тел: 8 (913) 975-32-08